Иисус и Зло

Киносценарий Действующие лица Жюстина Пахомова - молодая девушка Иисус Зло Оба они время от времени принимаютобразы следующих персонажей: Арменин Жак - знакомый Жюстины Павел - знакомый Жюстины Гинеколог Декан факультета Жюстины Изя - доцент Зеленый берет Вьетконговец Диомед - греческий герой Эней - сын Афродиты Арей - бог войны Кроме того: Бойскаут Гомер - певец Аполлон - бог Афина Паллада - богиня Группа воинства Иисуса Группа воинства Зла Группа, несущая гроб Группа, слушающая Гомера Группа в храме Христа Спасителя ВСЕ ГРУППЫ СОСТОЯТ ИЗ ОДНИХ И ТЕХ ЖЕ АКТЕРОВ Действие происходит в вечности, т.е. вне времени и, следовательно, в каждый его момент (как бы иллюстрируя схему Провидения) как вне основного действующего субъекта, так и внутри него. Сцена 1 Жюстина сидит в библиотеке и беззаботно сосет палец, книга давно уже ею забыта. Ее занимают мысли о ребятах. Крупным планом идет ее лицо, план увеличивается, камера въезжает в левый глаз, и мы попадаем прямо ей в голову. Мимо шепота ее мыслей, мимо прямых дорог симпатической и парасимпатической систем мы движемся, не замедляя ход и наконец оказываемся в месте действия следующей сцены. Сцена 2 Действие происходит в голове у Жюстины. Там стоит Зло: молодой человек, одетый в черный костюм и черные остроносые туфли. Он держит в руках нарцисс, и вообще, на вид - сибарит. Тут появляется Иисус. Он одет в столярный фартук, оттопыренный по бокам двумя пистолетами, в руках он держит хлыст. Зло замечает его и показывает на часы. Иисус. Мне не до шуток! Зло вытягивает губы и фыркает, как лошадь. Зло. Я готов, можешь излагать. Иисус. (Со вздохом) А ведь ты же мне обещал. Зло. У тебя ширинка расстегнута. Иисус. Где? (Хватается за ширинку, она застегнута) Опять!? Вобщем так! Я ведь сюда не разговаривать пришел с тобой таким хорошим. Знаешь, что это? (Показывает хлыст) Зло. (Достает из кармана театральный бинокль, смотрит на хлыст) Знаю. Иисус. А знаешь ли ты, что он сделан из шкуры твоего милейшего дядюшки? Хлыст начинает шипеть и извиваться. Иисус. Цыц, шкура! (Бъет хлыстом по стене) Жюстина. Ой! (Хватается за голову) Зло. (Кладет бинокль в карман) Как вспомню несчатного, сердце кровью обливается (Нарцисс в его руках краснеет) А в чем, собственно, дело? Иисус. Полно, исчадие ада, я пришел покарать тебя! Иисус бьет Зло хлыстом по плечам. У Зла вырастает каска на голове и автомат. Зло. Ну чего дерешься-то!? Иисус - в замешательстве. В это время Зло делает длинную очередь и скрываетсяза какой-то складкой рельефа. Иисус падает и, откатываясь, стреляет из двух револьверов, и тоже за что-то прячется. Идет перестрелка. Потом Зло из-за складки выбрасывает белый флаг. Иисус. Ну что еще? Зло. У меня патроны кончились. Иисус. (Выбегая из укрытия) А! Попалась, тварь! На колени! Зло. Так ведь у меня их нету. Он выползает из-за складки и становится видно, что он змея. Иисус задумывается и Зло бросается на него. Начинается рукопашная схватка. Она происходит в ускоренном темпе. У Зла вновь появляются руки и ноги. Враги катаются по земле, бьют друг друга по головам и туловищам и, в конце концов, куда-то проваливаются. Сцена 3 Жюстина буквально вынимает свою голову из унитаза, около которого она сидит. Спазмы все еще душат ее. У нее влажное лицо. Она плачет. Жюстина. Сука! Сука! (Продолжает плакать) Сцена 4 Жюстина звонит в дверь. Дверь открывается. Жюстина улыбается. Потом постепенно улыбка покидает ее лицо. В этот миг ее окатывают водой из дверного проема. Оттуда выходит Жак, в руках он держит ведро. Он напоминает Зло. Жак. Мы же договорились, мы же договорились с тобой, тварь! Между нами все кончено! Ты понимаешь это или нет!? (Хватает девушку за волосы) Понимаешь!? Понимаешь!? Сука! Жюстина. Понимаю. Жак, Ну так пошла вон! (Отшвыривает Жюстину, заходит в квартиру и закрывает дверь) Сцена 5 Голос диктора за кадром: “Когда после первых боев воюющие стороны осознали, что планам молниеносной расправы не суждено осуществиться, они стали готовиться к затяжному характеру исхода.” Идут черно-белые ускоренные кадры хроники сборов воинства Иисуса. В центре стоит священник с кружкой, на которой написано “на храмЪ”, рядом с ним в землю вбита табличка ”Сборы воиинства Иисуса”, вокруг суетятся люди с большими крестами в руках. Затем точно такие же кадры сборов воинства Зла. Тот же самый священник с кружкой “на бесчинства”, табличка “Сборы воинства Зла”, вокруг суетятся люди с перевернутыми крестами. Сцена 6 Жюстина сидит в ванной, там же где и в сцене 3, и продолжает плакать. Жюстина. Сука! Она поднимается, подходит к раковине, умывается, долго смотрит на себя в зеркало, берет безопаснуб бритву. В голове ее возникает следующаякартина. Сцена 7 Несколько человек несут гроб по улице. В гробу лежит Жюстина. Она мертва. Процессия подходит к пешеходному переходу и останавливается, ожидая зеленого сигнала. Несущие вертят головами и, поскольку машин нет, переходят на красный. Когда они подходят к середине появляется грузовик летящий на полной скорости. Процессия бросает гроб и разбегается. “Стойте!” - кричит им Жюстина, вставая из гроба (Сцена немая, реплику“Стойте!” нужно сделать как в немом кино) но в этот момент грузовик наезжает на гроб. Сцена 8 Жюстина все там же в ванной. Жюстина. Сука. Раздевается, залезает в ванну, включает воду и бреет лобок. Довольно долго. Она выбрила только половину лобка, когда раздается звонок в дверь. Там стоит ее поклонник Павел с цветами. Он напоминает Иисуса. Жюстина не скрывает своего отвращения к нему. Жюстина. Ну чего ты приперся? Сцена 9 Иисус и Зло продолжают битву. Теперь они выглядят по-другому. Иисус одет в крестоносца, Зло - в сарацина. Дерутся нелепо, то и дело падая. Иисус пытается скорее поразить Зло, Зло же скорее наоборот увернуться и унижающе пнуть из-за спины. Сцена ускоренная. Сцена 10 Возвращаемся в квартиру Жюстины (сцена 8) Павел. А я вот к тебе... Жюстина. Да что ты говоришь? А я занята. И знаешь чем? Павел. Нет. Жюстина. Я бреюсь. Павел явно не понимет. Жюстина. Ну бреюсь, понимаешь? Бреюсь! Павел не понимает, тогда она расстегивает халат и демонстрирует ему. Павел. (Смутившись) Ну, я могу в другой раз зайти... Жюстина. Умница. В голове у нее возникает сцена 11 Жюстина жестко бьет павла ладонью в нос. Он падает. Цветы рассыпаются. Она поднимает его и пинком выпроваживает вон. На самом деле все происходит не так. Сцена 12 Возвращаемся в сцену 10. Жюстина. Умница. А теперь пошел вон. Павел. До свидания. Он выходит, она закрывает дверь. С недобритым лобком Жюстина идет в спальню, ложится на кровать и заворачивается в одеяло. Потом разворачивается, берет пульт, включает телевизор. Телвизор показывает серое на всех каналах. Жюстина смотрит на серое и засыпает. Сцена 13 Телевизор Жюстины начинает показывать. Он показывает перестрелку зеленого берета и вьетконговца в джунглях. Берет теснит вьетконговца огнем и тот выскакивает из телевизора в комнату Жюстины. Озирается. Мы узнаем Зло. Он видит спящую девушку и немедленно забирается к ней под одеяло. Она продолжает спать, он шепчет ей на ухо, и она улыбается во сне. Затем он быстренько ее трахает - в этот момент звучит фраза из Илиады: “...Дева невинная, некогда терем ее Возвышенный мощный Арей посетил и таинственно с нею сопрягся.” - и убегает. На экране телевизора появляется Иисус в форме зеленого берета, он смотрит через экран и осторожно влазит в комнату. Принюхивается. Стволом винтовки стаскивает одеяло с девушки. Она просыпается. Иисус. (Смущенно) Простите, я, собственно, ничего дурного... Просто мне тут... Не подскажите, где здесь туалет? Жюстина молча показывает направление. Сцена 14 В кабинете у гинеколога. Мы видим только коленки Жюстины и спину и затылок гинеколога, копающегося у нее внутри. Наконец, он отходит от девушки, и мы видим его лицо: он носит очки, бородат и усат. Жюстина остается лежать в кресле, прикрытая простыней. Жюстина. Ну как? Гинеколог Ваша Фамилия Пахомова? Жюстина. Ну и что? Гинеколог. Так вы утверждаете, что менструировали в прошлом месяце? Жюстина. И еще как! Гинеколог. Очень странно... Жюстина. Почему это? Гинеколог. Да ведь вы же на сносях! Жюстина. Как это? Гинеколог. Взгляните сами. Мы вдруг замечаем, что у Жюстины огромный живот. Жюстина. Но доктор, я же вам говорю, он надулся за три дня! Может, это газы? Гинеколог. Помилуйте, какие еще газы? Зачем вы мне пыль в глаза пускаете? (Берет блюдечко, на блюдечке пыль, подносит к лицу Жюстины) Зачем вот это вот? (Дует, пыль летит ей в глаза) Кому это нужно? (Жюстина отключается) Гинеколог снимает бороду, усы, очки и мы видим Зло. Он подходит к жюстине и давит ей на живот, живот сдувается, и из Жюстины вылезает огромная тонкая личинка. Врач бережно пеленует ее. Гинеколог. (Наставительным голосом, пеленуя) Пока вы ребенок, у вас вовсе нет ценностей, в юности ваши ценности легки и несерьезны, они кажутся вам, заслуживающими улыбки или порицания, когда вы становитесь старше, когда вы гордитесь величиной ваших ценнстей. Они придают вам уверенности и весу. Но с возрастом ценности так тяжелеют, что наступает момент, когда вы начинаете мечтать о детстве. Некоторые называют это крестом, другие ищут здравый смысл, а третьи и вправду впадают в детство. И все они заблуждаются. Но значит ли это, что ценностей просто нет?.. (Говоря это, он под конец оживляется и даже начинает жестикулировать, и последующий стук в дверь обрывает его на половине фразы) Стук в дверь. Гинеколог. Кто там? Из-за двери. Где? Гинеколог откладывает личинку и достает из-за пазухи огромный шприц. Гинеколог. Войдите. Дверь открывается и входит тослтый очкастый бойскаут в форме. За спиной он прячет распятие. Бойскаут. Дяденька, я вожатого ищу. Гинеколог. Так значит вожатого. Ах ты маленький подонок. Тебе разве не говорили, что лгать не хорошо, да еще в столь нежном возрасте? Бойскаут. Дяденька, я вожатого ищу. Он сюда пошел. Гинеколог. Так значит вожатого. Он медленно приближается к мальчику, угрожая шприцем, тот отходит к стене, упирается в нее, вынимает из-за спины левую руку с распятием, а правой делает салют пионеров. Зло озадачен, Чешет голову. Гинеколог. Послушай, так не пойдет. Ну кто же держит распятие в левой руке? Эх ты... Бойскаут берет распятие в правую руку но в этот момент Зло дает ему подзатыльник, потом другой. Мальчик начинает реветь и закрываться от подзатыльников руками. Гинеколог. (Приговаривает продолжая раздавать пинки и подзатыльники) Кретин, идиот, двоечник, подхалим, как тебе не стыдно на старшего товарища... В этот момент просыпается Жюстина. Она плохо соображает, что произошло. Вдруг она видит сцену избиения ребенка и кричит. Жюстина. Да вы что обалдели!? Гинеколог. Заткнись. Жюстина. То есть как? Как это заткнись!? (Берет запеленутую личинку и бьет гинеколога) Гинеколог. Стоп! (Вытягивает руки вперед, Жюстина останавливается) Давайте-ка переиграем. Неожиданно сам он превращается в старца в белых одеждах, а бойскаут в мальчика с вьющимися волосами и одетого по античному. Гинеоклог. О милый мальчик (Он задумывается, картинно приложив ладонь ко лбу, и потом вдруг начинает декламиромать) Над верхнею губой твой девственный пушок, И волосы, и нежный взгляд настырный Меня ввергают в тра-та-та-там шок, И мне поможет спирт лишь нашатырный. Мальчик, завороженный, роняет распятие, мы видим крупным планом лицо жюстины, закрывшей глаза ладонями и слышим звук поцелуя и похотливый хохот. Все темнеет. Сцена 15 Жюстина сидит перед столом декана. Тот протирает очки. В нем смутно узнаются черты Иисуса. Декан. Видите ли Жюстиночка, Оно, конечно, дело молодое. Я понимаю и, поверьте, всем своим духом принимаю, но допустить подобного в моем ИНСТИТУТЕ не могу. Вы меня понимаете? Жюстина. Он не ваш. Декан. (Бледнея) Кто? Жюстина. Институт не ваш. Декан. (Облегченно вздыхая) Нет мой, и я вам это сейчас докажу. Идемте со мной. Он приглашает Жюстину пройти в проход, открывшийся за книжным шкафом. Жюстина медлит, встает и идет за ним. Они входят в жилую комнату, где большую часть площади занимает кровать, над ней огромное распятие. Декан. Вот видите. (Он показывает в сторону кровати) Этот институт мой, я создал его и я придумал правила. Жюстина. (С неподдельным восхищением) Вот уж никогда бы не подумала, что у вас так все обставлено. Жюстина начинает раздеваться. Декан. Нет-нет, вы меня не так поняли. Он идет к распятию, снимает его со стены и показывает Жюстине. На распятии он сам, в костюме, в очках. Жюстина недоезжет. Декан. Вы разве ничего не замечаете? Аз есмь сущий, или, говоря другим языкомм, je suis celui qui est! Жюстина недоумевает, затем доумевает и начинает смеяться, но не перестает раздеваться. Жюстина. Клево придумано. А хочешь, я покажу тебе кое-что свое? Вот потрогай. Она берет руку декана и засовывает ее себе между ног. Оторопевший декан не успевает заметить, как на месте Жюстины оказывается хохочущее Зло, зажавшее его руку между ног. Зло. (Смеясь) Я сейчас умру от смеха, хотел удивить девчонку! Ты бы еще попросил ее тебе помолиться! Иисус. Подонок! Вновь начинается ускоренная схватка. Иисус бьет врага распятием. Зло, используя преиммущество в руках, лупит Иисуса микроскопом. Сцена 16 Жюстина спускается по лестнице института и сталкивается с молодым доцентом Изей, в котором усматриваются черты Зла. Изя. Куда спешишь, мотылек? Жюстина. Выперли меня. Изя. За что? Жюстина. Не дала. Изя. Кому же так легкомысленно?.. Жюстина. Царю и богу. Кому же еще? Изя. Ах. Жюстина. Ну ладно, побежала я... Изя. (Хватая ее за руку) Постой. У меня к тебе дело. Жюстина. Какое еще дело? Изя. Ну ты ведь теперь молодая, так сказать, мать. Дай лапу. Жюстина подает ему руку, Изя галантно целует ее. Изя. Сидеть! (Жюстина садится на задние лапы) Голос! Жюстина. (Отрывсито, будто лая) Суждение убивает мысль! Изя. Нет не то. Голос! Жюстина. Вкус - понятие трансцендентальное. Изя. Да нет же, думай! Голос! Жютина. Справедливость подразумевает наказание! Изя О! У Жюстины начинаются видения. Изя приинимает свое строгое злобное обличье. Он закрывает лицо маской смерти, которую держит в левой руке. В правой руке у него коса. Сквозь хаос Жюстина слышит строгое “Расплата грядет! Зарплата придет!” Жюстина. Изя, но он же ординарный онанист! Тьма сгущается. Голос: Жюстина, что с тобой!? Что с тобой, Жюстина!? Сквозь пелену Жюстина видит своего друга Павла в Образе одноименного апостола и с чертами Иисуса. Она бьет его косой, которая оставляет в воздухе огненный след. Раздается отчаянный женский крик. Сцена 17 Жюстина и Павел лежат голые внутри профессорской кафедры. Павел похож на Иисуса. Идет лекция по творчеству Гомера. Слышен голос лектора: “В последние годы нам удалось найти значительное количество сведений как подтверждающих, так и отрицающих факт существования этого далеко неоднозначного человека...” На фоне этой фразы происходит следующий диалог. Жюстина. А ты всегда такой нерасторопный с дамами? Павел. Вообще-то ты у меня первая. Жюстина. Да, дрочить - каждый мастер. А как же ты со мной так ловко? Павел. Да я и сам не понял. Глаза боятся, а руки не боятся... Жюстина. Это ты просто привык. (Улыбаясь целует его) Голос лектора. ...установлено, что Гомер действительно существовал, но несколько позже. чем появились известные тексты Илиады и Одиссеи. (Во время сообщения лектора и до конца сцены Жюстина и павел лениво милуются, время от времени мы видим ноги лектора) Из других источников, нам стало известно, что Гомер был вовсе не слеп, а совершенно глух и нем и, таким образом, никак не мог, не то чтобы сочинить, известные произведения, но по крайней мере, исполнять их. В связи с этим, Шлиман приводит интересный анекдот, найденный им на глинянной дощечке при раскопках Микен. Сцена 18 Под текст лектора идет, как бы черно-белая немая хроника, соответствующая тексту. Гомер, будучи известным работорговцем, случайно обнаружил рукописи Илиады и Одиссеи (Дрожащие руки Гомера, поднимающие с земли листы рукописей, потом удивленное и радостное лицо) Его тщеславие было столь велико, что он поспешил принести в жертву Аполлону свою лучшую овцу и попросил у него дать ему голос (Гомер приносит Аполлону, сидящему на троне, связаннную овцу). Приняв жертву, Аполлон счел возможным удовлетворить просьбу Гомера, и тот получил желаемое (Аполлон принимает овцу и делает над Гомером пассы руками) После этого Гомер начал всенародно исполнять оба приозведения, причем, выдавая их за свои. (Гомер играет на лире и поет перед горожанами) Успех его был так велик (Горожане апплодируют Гомеру) что сам аполлон позавидовал ему (Аполлон сидит на троне и завидует) и совершил то, что нашел справедливым - лешил певца глаз. (Гомер катается по земле прикрыв глаза ладонями) Гомер умер в нищете и лищениях. (Нищий Гомер воздевает руки в небеса и грозит им кулаками) Сцена 19 Вновь лекционный зал. Идет битва Диомеда и Энея. Эней ранит Диомеда в вплечо и тот начинает так яростно нападать на обидчика, что тому остается лишь отступать. Невидимый лектор читает текст из Илиады (нещадно его перевирая), описывающий события. Сцена разворачивается в соответствии с текстом. Диомед - Иисус. Эней - Зло. Голос лектора. Тут неизбежно богиб бы Эней лихоимец народа Если б того не увидела зевсова дочь Афродита Матерь, его породившая с пастором юным Анхизом (С потолка на тросах спускается статуя Афродиты Милосской, но с руками) Возле любимого сына обвив свои малые руки Ризы своей перед ним распростерла блестящие сгибы (Эней прячется за Афродиту) Кроя от вражеских стрел да какой-либо конник данайский Медию персей ему не пронзит и души не исторгнет Так уносила Киприда любезного сына из боя (Всякий раз, когда Диомед пытается пронзить Энея мечем, тот уворачивается и прячется за спину своей матери, да еще и показывает язык) Тот же Киприду преследовал медью жестокой (Диомед подходит к Киприде) И едва лишь догнал, сквозь густые толпы пролетая Острую медь устремил и отрезал ей руки по плечи (Диомед отрезает Афродите руки, так, как они отрезаны у Афродиты Милосской) После герой, из влагалища мечь свой исторгнувшии острый Грозно меж тем на богиню вскричал хитроумный: “Скройся зевесова дочь! Удалися от брани и боя! Или еще не довольно, что слабых ты жен `оскорбляешь? (Диомед грозит Афродите кулаком) Рек, и она удаляется смутная с скобью глубокой (Статуя на тросах поднимается на потолок) Все раздробил у Энея, и он, водолазу подобный Ринулся с башни высокой, и дух его кости оставил (Эней в ужасе прыгает в окно. Диомед торжествует) Там, пред аргивцами став, возопила безликая Гера И, возопив, пробудила и похоть, и мужество в каждом (Слышен нечеловеческий вопль) Тою порой к Диомеду подходит Паллада Афина (Подходит Афина, у нее шесть рук) Видит царя, у своей колесницы близ коней он стоя Раны свои им показывал, гневно стеная Зевсова дочь, преклоняся на конский ярем возгласила: “Или усталость от подвигов бурных тебя поразила Или связала робость бездумная, после сего ты Сын ли героя Тидея, великого в бранях Инида? (Диомед одевает монокль и узнает Афину) “Опознаю я тебя меднобокая дочь Голиафа Искренне все пред тобой изреку, ничего не открою Нет не усталость меня и не радость безумная душит Вижу Арея; гремяшею битвою он управляет (Через круг подзорной трубы видно Арея, он страшен, раздает тумаки направо и налево, колотит себя в грудь, закусивает мозгами врагов, руки его и губы перепачканы в крови, он похож на Зло) Вновь провещала к нему многорукая дочь Эгиоха: “Нет, не страшися теперь ни Арея того, ни другого Смело сойдись и рази, не убойся свирепства Арея Буйного бога сего, сотворенное Зло, Вероломца! Сцена 21 Бой Арея и Диомеда происходит на улице или в поле. Все черным-бело. Колесницы. Колесницей Диомеда управляет Афина. Голос лектора. Смертных губитель едва усмотрел Диомеда борея Там распростертого, где у сраженного душу исторгнул Быстро и прямо пошел на Тидида, любителя коней Только лишь сблизились оба, летящие друг против друга Бог устремился вперед над конским ярмом и хомутом (Арей кидает в Диомеда дротик, но Афина отбивает его) И тогда на Арея напал Диомед хитроумный С медным копьем, увеличив, его устремила Паллада (Афина берет копье Диомеда в одну из шести рук и увеличивает его, раздвигая, как подзорную трубу) В пах под живот, где бессмертный хранил дорогое богатство Вырвал, раненье узрев, и взревел Арей меднобровый (Арей блюет, потом вырывает копье и кричит) С ужаса так заревел Арей, ненасытный войною Хрястнула кость, и глаза у Арея Выскочив, подлое него на кровавую землю упали (Диомед и Афина обнимаются и целуются) Паки тогда возвратилась в обитель великого Зевса Гера аргивская купно с Афиною Алалкоменой Так обуздав истребителя муже убийцу Арея Сцена 22 Жюстина ходит по музею им. Пушкина Смотрит на картины. Картины немного плывут. Она немного рассеяна. Вдруг ее внимание привлекает микенский мечь. Она пытается прикоснуться к нему, хотя он лежит под стеклом. Она царапает его. Но тщетно. Тут она видит золото Шлимана и совершенно завороженная подходит к нему и давай смотреть. На нее наезжает копия Давида. Жюстина смотрит на нее и трогает себя за живот. Огромные емкости и половые органы Шеду тоже дают о себе знать. Все эти предметы выплывают на передний план, чередуясь с лицом и животом девушки. Она постоянно трогает себя за живот и смотрит на него. На лестнице она встречает Жака. Он похож на Иисуса. Жюстина пытается пройти мимо, но он хватает ее за руку. Жюстина. Не трогай. Жак. Послушай...”Ныне почием с тобой и взаимной любви насладимся” Жюстина. Сам послушай (она разхводит руками, слышен раскат грома) Жак. Послушай, я изменился. Жюстина. Мне все равно. Я изменилась больше, чем ты. Я даже увеличилась. Жак. Ты беременна? Это я во всем виноват. Сцена 23 Очень близко лицо Жака. Он - Иисус. Жак. (Улыбаясь) Я оставил у тебя на диске пару файлов. Как-нибудь заберу. Лицо удаляется. Он встает. Мы видим что он лежал. Он голый. Одевается и уходит. Хлопает дверь. Сцена 24 Продолжение сцены в музее. Жюстина. Не знаю. Может быть и нет. Сцена 25 Повторение сцены 23. Только вместо Жака мы видим вьетконговца. (Он - зло). Сцена 26 Продолжение сцены в музее. Жак. Мне было видение. Я... Появляется декан. Он похож на Зло. Декан. О, Жюстиночка! Это судьба. У меня было видение. Жак. Позвольте... Декан. Все кричишь, пидор. Лучше бы помог молодой матери. Жак. Но я уже все устроил. И вообще, что ты себе позволяешь!? Пойдем, Жюстина, я тебе все расскажу. Жюстина. Моя фамилиия - Козлова. Работница кирпичного завода. Декан. Не слушай его. Знаешь, что он придумал? Он хочет. чтобы ты записалась в ДОСААФ. Жак. Ну да. Они все очень милые люди. Помогут сделать аборт, на ноги поставят. Декан. В жизни не слышал большего бреда. Жак. А что предлагаешь ты? Декан. Прекрасную повитуху. Она принимала моего первенца. Жак. Зло порождает зло! Декан. А ты хоть что-нибудь родил? Жак. (Растерянно) И все равно ты - не более, чем подонок. Декан. От подонка слышу. Жак. Я не подонок (Берет Жюстину за руку) Декан. Ты даже хуже. чем я. Жак. Почему это? Декан. Да хотя бы потому, что ты всегда ищешь превосходства на до мной. Пойдем, Жюстиночка. (Салютует шляпой) Жюстина. Минутку. Декан. Что такое? Жюстина. Моя фамилия - Козлова. И мне надо в туалет. Декан. Куда? Жюстина. В туалет... Жак. Я не против. Декан. Понимаю, образ и подобие. Жак. На что же ты, гнус чревоточный, намекаешь!? Гнида ты бацильная! Декан. “Гнев твой вменю ни во что, невзирая на всю твою наглость”. Жак хватает декана за лицо, и они катятся вниз по лестнице. Жюстина убегает. Ей кажется. что она слышит шаги своих преследователей. Она бежит очень быстро. В конце концов, она выбегает из музея и попадает под машину. Сцена 27 Иисус и Зло ползают в грязи на боксерском ринге. Рефери - Жюстина. Зло. (Жюстине) Он меня ниже пояса! Иисус. А за волосы меня кто!?. А мордой в грязь!?. Жюстина. А ну хватит ныть! Бокс! Иисус и Зло переглядываются, потом хватают Жюстину за ноги и валяют ее в грязь, и начинают душить. Сцена 28 Жюстина подходит к храму Христа Спасителя. На нем вывеска: “Армия Спасения”. Она бросает монетку в щель, где насисано “На ХХХ”. Загорается лампочка. Открывается дверь и Жюстина входит. Там довольно темно. Каменные стены. Факелы. Полукругом стоят люди в конусообразных балахонах (Вершинами вверх) и конусообразных головных уборах, как бы вставленных вершинами им в головы. Они напоминают песочные часы. Они начинают петь что-то вроде того, что поют при обряде крещения, подходят к Жюстине, берут ее за руки и привязывают к столбу, стоящему посреди помещения. В голову ей вставляют такой же конус, как и у всех и начинают лить туда воду из ведра. Они выстраиваются в шеренгу и передают ведра по линии. В Жюстину вливают не меньше 20 ведер. Жюстина. Моя фамилия - Козлова. Работница кирпичного завода. Не надо. У меня голова пухнет. Пение превращается в “Эй, ухнем!”. В конце концов, Жюстину торжественно отвязывают и отпускают. Покачиваясь, она выходит на улицу, и тут начинается дождь. Жюстина. (Булькая, как через воду) Нет, ни капли больше, ни капли... Внезапно она падает и лопается, как презерватив, наполненный водой. С этого момента идет быстрая перемотка пленки назад, на начало сцены, где пленка обрывается и начинается сцена 26. Сцена 26 Жюстина лежит на кровати в больнице и смотрит на потолок. Она видит над своим лицом лица врачей, Зла, Иисуса и проч. Потолок и лица начинают кружится. Жюстина. Сестра! Брат! Мне плохо! Потолок кружится так быстро. что превращается во вращаюсийся круг. Круг постепенно уменьшается до размеров маленькой красной кнопки. Рядом с ней написано: “Кнопка очищения сознания”. Жюстина протягивает руки и нажимает на кнопку. Слышно что-то вроде спускаемой из унитаза воды. Кнопка исчезает. Сцена 27 Больничная палата, Жюстина просыпается, встает, ощупывает себя. Видно, что она выздоровела. Она подходит к зеркалу и вынимает изо рта огромную муху. Муха улетает. Жюстина распахивает окно и улыбается. На улице стоит прекрасная погода. Муха вылетает в окно. КОНЕЦ